Rambler's Top100
  Новости
  Место встречи
  О Кате
  ВЕХИ
  Фотоальбом
  Пресса
Репортажи, рецензии
Телепередачи
Радиопередачи
  Всячина
  Обратная связь
рус/eng
Русская версияEnglish version

   Радиопередачи
МАЯК


«Очная ставка» с Леной Батиновой и Максимом Ковалевским
15.04.2010

КОВАЛЕВСКИЙ: У нас в гостях сегодня актриса театра и кино, заслуженная артистка России Екатерина Гусева. Здравствуйте, Катя.
 
БАТИНОВА: Здравствуйте, Екатерина.
 
ГУСЕВА: Здравствуйте.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Катя, перед вами лежит колода карт. Наши слушатели целый день делали ставки на те три карты, которые вам предстоит вытащить из колоды. Надеюсь, у вас легкая рука, кому-то повезет.
 
БАТИНОВА: Слушатель, который угадает три карты, получит в подарок альбом от Екатерины Гусевой. Это что-то новое или сборный?
 
ГУСЕВА: Просто хотелось что-то такое подарить, какой-то сувенир небольшой. И вот я подумала, что, наверное, будет правильно, если это будет что-то музыкальное, например, мой сольный альбом, который называется «Может быть, получится».
 
БАТИНОВА: И он вышел только что?
 
ГУСЕВА: Нет, он вышел не только что, он вышел несколько лет назад. Это единственный альбом, второго пока не было. Но он актуален и современен. Там есть песенка, которую я записала вместе с Сережей Кристовским, это его песня.
 
БАТИНОВА: Это из группы «Уматурман», да?
 
ГУСЕВА: Да.
 
БАТИНОВА: А какие еще песни на этом альбоме есть?
 
ГУСЕВА: Там разные всякие песни есть. Дуэт с Валерой Меладзе, песня «Актриса», это запись с концерта в Кремле, в котором я имела честь эту песню спеть вместе с ним дуэтом. Ну и, конечно, в основном сольные песни всякие разные.
 
БАТИНОВА: Мы еще знаем о том, что вы поете русские романсы.
 
ГУСЕВА: Да.
 
БАТИНОВА: Этого нет в альбоме, да?
 
ГУСЕВА: Нет, русских романсов там нет. Это радийный такой формат, это легкая поп-музыка, такая музыка настроения.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Как вы определяетесь, что петь, с кем петь? Вот тут легкая поп-музыка, здесь - романсы. Может быть, стоит с кем-то углубить сотрудничество. Вот с Кристовским прекрасный проект, на мой взгляд, не просто так он у меня в мобильном телефоне.
 
ГУСЕВА: Да, несколько песен ребята мне написали, действительно удачных очень, и мне очень нравится. В последнее время я так увлечена была музыкальным театром и мюзиклом, что это занимало фактически все мое свободное время, в общем-то, мыслей о каких-то сольных проектах пока не возникало. Но сейчас 30 апреля прекрасный мюзикл «Красавица и Чудовище» прощается с Москвой.
 
БАТИНОВА: В котором вы заняты в главной роли.
 
ГУСЕВА: Да, мы заняты в роли Белль, в роли красавицы Белль. И, в общем, остаются последние считанные денечки.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Подождите, прощается с Москвой, но не как олимпийский мишка? То есть, проект будет существовать дальше, просто без вас? Или он закрывается вообще?
 
ГУСЕВА: Проект закрывается вообще. Он был рассчитан на два сезона. Мы отыграли первый сезон блестяще, второй - с аншлагами, с таким же успехом. И вот, к сожалению, 30 апреля мы закрываемся.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Почему же?
 
ГУСЕВА: Увы, увы, «Зорро» наступает на пятки, будет следующий мюзикл.
 
БАТИНОВА: Вы тоже будете принимать участие?
 
ГУСЕВА: Нет, я сделаю, пожалуй, перерыв.
 
БАТИНОВА: Вам нравится участвовать в мюзиклах?
 
ГУСЕВА: Да, нравится.
 
БАТИНОВА: Просто есть такое мнение у людей, что это вообще несерьезно ни для актера, ни для певца.
 
ГУСЕВА: Ну, это, наверное, у тех людей, которые…
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ну да. Мне кажется, что это очень тяжело.
 
ГУСЕВА: Это тяжело, да. Это легкий жанр так называемый.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Легкий тяжелый жанр. Это действительно тяжело.
 
ГУСЕВА: Да-да-да. Он должен быть легок в восприятии, то есть, это как фейерверк, как праздник, брызги шампанского. Это легко. Но в то же время не могу сказать однозначно. Есть же такие мюзиклы, как мюзикл «Норд-Ост», это первый российский, где я сыграла роль Кати Татариновой, мой первый мюзикл, мои музыкальные университеты - там, где я получила вокальное образование, если можно так сказать. Не могу сказать, что он какой-то легковесный и легкомысленный, мягко говоря. Есть замечательный мюзикл «Иисус Христос - суперзвезда», который идет в Театре Моссовета, где я пою роль Марии Магдалины. Тоже там такая тема-то не из простеньких. А есть «Красавица и Чудовище». Это мировой сюжет про прекрасную девушку-мечтательницу и такого монстра, которого она своей добротой превращает в человека, в данном случае в интерпретации французской. У нас немножко другая история, у нашего «Аленького цветочка».
 
БАТИНОВА: Но, мне кажется, дети уже разделяют, где Белль, а где «Аленький цветочек».
 
ГУСЕВА: Думаю, что да.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Катя, я вдруг подумал, вы мегаталантливый человек: вы и поете, вы и катаетесь на коньках. Причем вы так катаетесь на коньках, что вы дадите фору многим.
 
ГУСЕВА: Ну что вы? Ну что вы преувеличиваете?
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ладно, вы скромничаете сейчас. Мне кажется, что специально для вас… знаете, под актеров, под артистов создают специальные проекты. Может быть, придумать что-то такое, чтобы петь на коньках?
 
ГУСЕВА: Может быть. А почему нет? Можно. Например, есть такая площадка в цирке на проспекте Вернадского, есть сменные манежи, которые выдвигаются, - то ледовый манеж, потом он прячется и выдвигается бассейн, потом сцена. Там можно и летать, и прыгать, и кататься, и плавать, и нырять, и петь. Я не знаю.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Но интересно, да?
 
ГУСЕВА: Ну, вообще интересно, но это нужно очень много желания и какой-то такой жадности. Я опять-таки повторюсь, я, проработав эти два сезона в мюзикле, хочу немножко сделать такой перерыв и все-таки больше уделять внимания драме, драматическому театру, Театру Моссовета. Уже надоели песни и пляски, вот честно говорю. Хочется табуретку, серое платье, черный задник, луч света и моноспектакль. Вот что хочется.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ага!
 
БАТИНОВА: Вы участвуете в мюзиклах, вы участвуете в проектах, вы танцуете, поете, записываете альбомы. Это потому, что у вас есть желание, о чем вы сказали чуть раньше? Вы просто разносторонний человек? Или вами что-то другое движет? Попробовать то, что я никогда не делала в жизни?
 
ГУСЕВА: Желание, в первую очередь желание, конечно. Потому что я ничего не делаю из-под палки. Я не делаю чего-то, что мне категорически не нравится.
 
БАТИНОВА: А если не хватит таланта?
 
ГУСЕВА: Хватит.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ну, недаром же вы заслуженная артистка России. Вам льстит это звание?
 
ГУСЕВА: Я его стесняюсь.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да ну? Почему?
 
ГУСЕВА: Потому что это нужно заслужить, я думаю.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Значит, заслужили, если получили.
 
ГУСЕВА: Но дело в том, что зачастую, как правило, за выслугу лет это звание, вообще звания присуждают актерам.
 
БАТИНОВА: Да, нужно проработать 18 лет или 15.
 
ГУСЕВА: Или 17. Как правило. Так обычно бывает.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да вы что?
 
ГУСЕВА: Ну, за редким исключением. А иначе это воспринимается немножко как такой, знаете, бонус.
 
БАТИНОВА: И вы думаете, что это незаслуженно ваше?
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Заслуженно, Катя, заслуженно, не скромничайте.
 
ГУСЕВА: Заслуженно, заслуженно, да.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Я учился музыке всю жизнь, и мои однокурсники, с которыми я закончил музыкальное училище в 1990 году, они уже тоже заслуженные артисты России, хотя они всю жизнь сидят в оркестре, в партии вторых скрипок, например. Тоже заслуженные артисты. И если уж они заслуженные, так вы-то уж и подавно! Скажите, Катя, вот прямо не терпится вас спросить: как вы относитесь к субботникам?
 
ГУСЕВА: Такое забытое понятие.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Вот-вот, да.
 
ГУСЕВА: Для меня субботник - это каждую субботу я на сцене. И воскресник, и субботник. То есть, наверное, для нормального человека это выходной, которым можно пожертвовать ради работы какой-то - посадить дерево. Но для меня это рабочий день - суббота, регулярный субботник.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Но есть еще вообще-то и воскресники.
 
БАТИНОВА: А вы трудоголик?
 
ГУСЕВА: Теперь я уже не знаю. Я думаю, что я лентяй.
 
БАТИНОВА: Да? Как раз слушатель спрашивает, Олег Кожевников: «А вы знаете секрет борьбы с ленью?» Если вы лентяйка, как вы боретесь с лентяйством? Или такого не происходит? Просто лежите на диване, да?
 
ГУСЕВА: Просто лежу на диване, и все.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да? Вы так проводите выходные дни? Так лучше пойти на субботник, посадить дерево, убрать двор, познакомиться с соседями.
 
БАТИНОВА: Это, Максим, лучше для тебя. А девушки любят полежать на диване, помечтать. Правда же?
 
ГУСЕВА: Да.
 
БАТИНОВА: Все сами и знают. И чего спрашивали?
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да, Лена вам помогает. А вы знаете своих соседей, Катя?
 
ГУСЕВА: Да.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: По именам? Вот вы с ними встречаетесь, можете устроить пикник?
 
ГУСЕВА: Нет. Наверное, в этом смысле я немножко такая, как улитка, в домике постоянно. Я не очень люблю, скажем, бывать в обществе.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Почему?
 
ГУСЕВА: Ну, потому что я устаю от внимания людей и скучаю, тоскую об одиночестве.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Правда? А у вас есть хорошая компания, в которой вы можете себя чувствовать абсолютно спокойно? Да, туда приходят новые свежие люди, но они вам не мешают?
 
ГУСЕВА: Конечно, конечно.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Такое есть? То есть, не то что вы, если у вас есть свободная минутка, скорее-скорее домой, под плед, телевизор или книжка?
 
ГУСЕВА: Нет. Я к мужчинам своим бегу домой-домой. Это муж и сын. И вот мне там комфортно и замечательно.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Чудесно. Очень бы хотелось услышать те музыкальные произведения, которые вы принесли с собой.
 
ГУСЕВА: А давайте мы послушаем арию из мюзикла «Красавица и Чудовище», песенку Белль. Она повзрослела, она влюблена, и она поет.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Потрясающе! Светлый, чистый голос Екатерины Гусевой на «Маяке». Катя, а вы учились петь?
 
ГУСЕВА: Да.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Сколько времени вам понадобилось для того, чтобы вот так научиться петь?
 
ГУСЕВА: Ну, я и сейчас учусь петь, и я буду учиться. Просто природные данные, профессионально я не занималась вокалом. И каждый раз, начиная с мюзикла «Норд-Ост», например, зная, что через два месяца премьера, я занималась вокалом два раза в день по 45 минут с Юлией Рассудовой, с моим педагогом, с которой я и по сей день занимаюсь. Вот, например, для мюзикла «Красавица и Чудовище». Там немного другая манера подачи вокальная, и там, помимо Юлиных уроков, был Ратан Жавери, это музыкальный наш руководитель. В его руках, я даже не знаю, если это можно назвать дирижированием, ощущение такое, что ты превращаешься в музыкальный инструмент, и он играет на тебе, вот если можно так объяснить. То есть, он добивался каких-то таких вещей, объясняя на птичьем языке, чего он хочет! Удивительно совершенно.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Вот эта запись - это live?
 
ГУСЕВА: Нет, это записано на студии «Мосфильм», первая тон-студия, где мы записывали диск, куда вошли только вокальные произведения из спектакля. То есть, есть такой диск «Красавица и Чудовище», можно его приобрести, послушать.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А как часто шли (собственно, они еще и идут) представления?
 
ГУСЕВА: Каждый день.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Каждый день?
 
ГУСЕВА: В понедельник - выходной. В субботу – утро и вечер, два спектакля. Воскресенье - утро, вечер. И так два года.
 
БАТИНОВА: Но вы же не каждый день участвуете? Там несколько составов.
 
ГУСЕВА: Да, конечно. Там на каждую главную роль три-четыре состава.
 
БАТИНОВА: Ну да, потому что это умереть можно вообще.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А вы как часто были заняты? Каждый день?
 
ГУСЕВА: Нет, конечно же. Я еще играла в Театре Моссовета и играю. Мне приходилось совмещать два театра. С одной стороны, «день сурка» - это, конечно, жестко, когда как на фабрику или на завод приходишь, и нет смысла здороваться, потому что кажется, что не расставался. Но еще сложнее, поверьте, когда каждый день играешь, но играешь разные роли, и приходится прыгать из огня да в полымя. То это Толстой, стихотворная пьеса, то это Теннеси Уильямс, или Алан Менкен, Тим Райс.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да. И еще вы когда-то снимаетесь в кино.
 
БАТИНОВА: Какую свою роль вы любите больше всего?
 
ГУСЕВА: Ну, я не могу ответить, не знаю. Все они любимые, это сложно.
 
БАТИНОВА: Даже когда «день сурка», какая-то есть роль, вы вспоминаете о ней?
 
ГУСЕВА: Я вспоминаю о бедной Лизе в театре Марка Розовского, это одна из первых ролей, в спектакле замечательном по Карамзину. Ну, конечно, Катя Татаринова. Такая женщина, до которой так хочется дотянуться, вот она где-то у меня там на пьедестале.
 
БАТИНОВА: А вы какая женщина?
 
ГУСЕВА: Я? Хорошая.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Для наших слушателей есть еще два билета в театр на 22 апреля. На что?
 
ГУСЕВА: На спектакль, который называется «Царство отца и сына». Это премьерный спектакль театра.
 
БАТИНОВА: Вы там с Виктором Сухоруковым играете, да?
 
ГУСЕВА: Да. Это две пьесы, объединенные в один спектакль. Первый акт - это «Иван Грозный». Второй акт - это «Федор Иоаннович». Вот такой у нас спектакль в театре новый, замечательный.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Вам огромное количество вопросов пришло, просто очень много.
 
ГУСЕВА: Ну, давайте же, задавайте!
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Например, из Кемеровской области спрашивают, без подписи. Вопрос о фильме «Человек, который знал все»: «Я считаю, что фильм посредственный, с банальным сюжетом и совершенно невнятный. Чего стоит только то, что режиссер «потерял» главную героиню, просто забыл, что у него в фильме была главная героиня! Катя, скажите, пожалуйста, если бы вы знали, в каком виде фильм выйдет на экраны и как будет выглядеть ваш персонаж, вы согласились бы на эту роль?» Спорная история. Я не согласен, я считаю, что прекрасный фильм, и вы мне там понравились.
 
ГУСЕВА: Ну, нельзя никогда угадать, на примере данного фильма или вообще выбора ролей в кино, никогда нельзя угадать, какой будет результат. Это или пан, или пропал. Бывает именитый режиссер, великолепный сценарий, а на выходе получаешь… А иногда режиссер-дебютант, и сценарий какой-то такой невнятный, но, наверное, можно что-то там додумать, и получается шедевр. Такое тоже бывает.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Как работается с Сухановым? Отдельная история, да?
 
ГУСЕВА: Да.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Он же грандиозный совершенно человек. Вы знаете, по поводу «Человека, который знал все» в Интернете выложен ролик, который называется «Твою мать». Не видели?
 
ГУСЕВА: Видела, конечно.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ну, это просто словами описать невозможно! Это мастер-класс, это учебник.
 
ГУСЕВА: Он уникальный, ему нет равных. Где бы он ни играл - в театре, в кино. Я думаю, что у него не было партнерш и партнеров до сегодняшнего момента. Хочется сказать: Максим Суханов и др. Вот я то самое «др.», и я совершенно спокойно к этому отношусь, потому что он уникален, и он одинок в своей уникальности и гениальности актерской. Вот это так абсолютно.
 
БАТИНОВА: А вы умеете работать в паре? Любите?
 
ГУСЕВА: А я не умею одна, только в паре.
 
БАТИНОВА: Интересно. А вот, кстати, очень много вопросов о «Человеке, который знал все». Спрашивает Артем Борисович: «Быстро ли вы согласились на эту роль? И как часто вы отказываетесь от сериалов?»
 
ГУСЕВА: Во-первых, у меня была работа совершенно уникальная и замечательная с Володей Мирзоевым, который поставил спектакль «Дракон» по пьесе Шварца. К сожалению, спектакль шел два сезона, он снят, он больше не идет. Очень жаль. И следом за этой работой в театре последовало предложение поработать вместе в кино. Владимир Мирзоев настолько интересен, он человек-космос, он необъятный. И он этот космос открывает в актере, с которым он работает. И продолжение вот этого творческого пути вместе с ним… Мне даже было, вот искренне говорю, не столь принципиально, над чем мы дальше будем работать, лишь бы работать вместе. Мне понравился роман очень. И мне показалось, что это может быть очень смело, и опасно, и интересно.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А фильм понравился?
 
ГУСЕВА: Я не могу оценивать свои фильмы, не могу. Потому что все время идет работа над ошибками, и я всегда недовольна, я терзаюсь и мучаюсь.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А есть мнение людей, которым вы абсолютно доверяете? Вот вы сидите, терзаетесь, а вам говорят: Катя, да это же супер! И вы такая: ну да, наверное, действительно супер, да, согласна…
 
ГУСЕВА: Конечно, лучше поверить, и жить будет проще.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Дальше идем. Из Москвы, тоже без подписи: «Почему в «Жарком льде» вместо вас все время играла дублерша, которую все время снимали со спины? У вас не было времени сниматься?» Я не знаю, о чем речь, я озвучиваю вопрос.
 
БАТИНОВА: А как это можно сделать?
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Видимо, понимаешь, фанаты Гусевой даже со спины могут узнать, что это не Гусева.
 
БАТИНОВА: Может быть, это плохая работа была, в смысле оператора?
 
ГУСЕВА: Ну, так выгоднее было продюсерам, которые работали над этим проектом. Потому что если одеть паричок на дублера, то можно, наверное, за 10 долларов снять. А так накладно - 100 серий артистов занимать каждый день.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Логично.
 
БАТИНОВА: Слушайте, Катя, а от какого бы персонажа вы отказались? Или, может быть, вы знаете даже такую роль, от которой бы вы отказались и никогда бы не сыграли эту женщину или этого мужчину?
 
ГУСЕВА: Это сложно сказать. Во-первых, я то, что уже пробовала, то, что получилось, если можно так сказать, наверное, я за это уже больше браться не буду. Хотя заведомо понятно, что, наверное,  то, на чем можно набить руку и заниматься исключительно этим, и будет всегда в яблочко попадать. Но это неинтересно. Вот здесь такой момент каких-то амбиций актерских, какого-то поиска бесконечного, какой-то жажды, желания прожить другую жизнь, не похожую на свою собственную, вот оно для меня очень манкое, это желание. И поэтому меня заносит куда-то, может быть, иногда, и вправо, и влево, далеко слишком.
 
БАТИНОВА: Может быть, я не права, поправьте меня. Но, мне кажется, что вообще это проблема многих актеров, потому что они становятся  заложниками своего образа, даже не амплуа, а просто образа. То есть, вы красивая и добрая, вы таких и будете играть, потому что режиссер вам именно только такую работу будет предлагать. Или такого с вами не случается?
 
ГУСЕВА: Как не случается? Конечно.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Вы что, заложница?
 
ГУСЕВА: «Пучок - белый воротничок», вот такая добрая, милая.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А вы заложница какой роли?
 
ГУСЕВА: Лирическая героиня. Я не могу сказать, что я с этим борюсь прямо с оружием. Ну да, да, борюсь, отказываюсь от вот таких вот ролей, может быть, в ущерб.
 
БАТИНОВА: Почему? Вам не интересно? Потому что складывается впечатление, что вы такая и в жизни.
 
ГУСЕВА: Потому что в определенный момент это становится действительно не интересно. Потому что это моя природа, может быть, которую невозможно все время эксплуатировать, невозможно. А еще поступая в театральное, я играла каких-то бабок, старух, каких-то тучных женщин со сросшимися черными бровями и тяжелой рукой, которые поколачивали своих мужей. И мне хотелось уйти от себя, мне казалось, что это перевоплощение, превращение в кого-то - вот это так меня манило и манит до сих пор, чем просто быть Катей Гусевой, допустим, на сцене или в кадре.
 
БАТИНОВА: Нет, ну вы в жизни тоже такая. Вы мягкая, вы такая добрая, вы красивая. Вот вы такая же в жизни, какая и в кино.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А вы мягкая, добрая?
 
БАТИНОВА: Я с большим трудом представляю вас какой-то ведьмой, с очень большим трудом.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Нет, это вопрос: а вы мягкая, добрая действительно?
 
ГУСЕВА: Конечно, а как же!
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Понятно. Вы еще одну песню с собой принесли. Что это?
 
ГУСЕВА: Да, я хотела бы послушать вместе с вами еще одну песню, которую мне доверил спеть Никита Высоцкий. Я исполнила ее в программе «Своя колея». Программа была посвящена дню рождения Владимира Семеновича Высоцкого. Не так давно эта песня прозвучала. Она мне очень дорога, и я бы хотела еще раз ее послушать вместе с вами. Она называется «Прерванный полет».
 
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Прекрасно! Просто удивительно, чудесно, великолепно! Правда. От всей души вам говорю, вы видели, я сидел, слушал всю дорогу, не произнес ни слова. Великолепно!
 
БАТИНОВА: Сергей из Московской области спрашивает: «Можно ли купить сборник ваших песен?»
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Я тоже хотел это спросить.
 
ГУСЕВА: Выпущен диск, это сборник Владимира Высоцкого, который перепет, грубо говоря. Как он называется, я не помню.
 
БАТИНОВА: «Прерванный полет».
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Потрясающе, потрясающе! Катя, возвращаясь к песне, а кто музыканты, кто играл это?
 
ГУСЕВА: О, это прекрасные музыканты - «Креольское танго». Это Сергей Хутов, который сделал оранжировку и чья струна такая умирающая в конце на контрабасе - вот это его рук дело.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Потрясающе! Честно вам говорю, я под впечатлением, я не слышал раньше этой песни в вашем исполнении.
 
БАТИНОВА: Мы выберем сейчас лучший вопрос, который вам понравился. И вы его, по-моему, даже выбрали.
 
ГУСЕВА: Да, давайте, я вам его указала, прочтите еще разочек. От Джульетты.
 
БАТИНОВА: Да, это Ирина  Попова. Она спрашивает: «Планируете ли вы еще такие концерты в ближайшее время, который прошел недавно во дворце «На Яузе»?
 
ГУСЕВА: Во дворце «На Яузе» прошел концерт в рамках программы «Романтика романса» на канале «Культура». Это был сольный концерт, где я исполняла романсы, в том числе и просто песни из кинофильмов, и песни советских композиторов. И я узнала Ирину-Джульетту. И спасибо огромное за те фотографии очень красивые, которые она прислала на сайт. И спасибо, что так тепло отзывалась о концерте.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да, нам слушатели, кстати говоря, написали, что вы помимо всего прочего - помимо мюзикла, помимо театра, помимо кино, вы еще активно живете в Интернете, то есть вы общаетесь со своими поклонниками, да? Или не очень.
 
ГУСЕВА: Ну, я не могу так сказать. В общем, я нигде не зарегистрирована, и в сети «лже-одноклассники», «контакты» и так далее, у меня нет блогов.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А я вам пишу, пишу…
 
ГУСЕВА: У меня есть замечательный сайт, который ведет Базиль Про так называемый. Прекрасный человек, который настолько меня представляет в Интернете, так профессионально это делает, с такой любовью и вниманием, и это все благодаря ему я появляюсь в сети.
 
БАТИНОВА: И тоже мы можем зайти на ваш сайт?
 
ГУСЕВА: Заходите, пожалуйста: Екатерина Гусева точка ру.
 
БАТИНОВА: Видите, все просто, оказывается.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Есть ли видеозапись мюзикла «Красавица и чудовище»?
 
ГУСЕВА: Нет и не будет.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Да вы что? Почему?
 
ГУСЕВА: Ни один бродвейский мюзикл западный не выходил на DVD никогда, никогда.
 
БАТИНОВА: Подождите, у меня есть.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: И у меня есть.
 
ГУСЕВА: Наверное, у вас есть те мюзиклы, которые уже не идут, которые сняты с репертуара.
 
БАТИНОВА: А, может быть, да.
 
ГУСЕВА: Но, к сожалению, это права, это лицензия. Это невозможно. Все задают вопрос, спрашивают, я сама об этом мечтаю, но, увы…
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Подождите, у меня есть «Ночь в опере».
 
БАТИНОВА: Это старый, он уже не идет на Бродвее.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ну ладно, где-то он идет все еще.
 
БАТИНОВА: Не знаю где, на Марсе, может быть. «Кошки» тоже, он же не идет уже, поэтому он на дисках.
 
ГУСЕВА: Нет, он уже снят с репертуара.
 
 
БАТИНОВА: Слушайте,  интересно,  а мы даже не думали никогда об этом.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: «Вы прислушиваетесь к чужому мнению, или полагаетесь исключительно на свой профессионализм и интуицию?»
 
ГУСЕВА: Скорее на интуицию. К мнению чужому прислушиваюсь, но всегда делаю по-своему, как сердечко мне подсказывает.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Ну вот с музыкой меня потрясли, правда -  с песней. Я нахожусь до сих пор под впечатлением. Кто-то занимается все-таки, как в оркестре есть режиссер, дирижер, как в театре есть режиссер, кто-то ставил этот номер, или это все по наитию произошло?
 
ГУСЕВА: Мне показалось, что эту песню можно спеть от женского лица. Таких песен немного у Высоцкого, их единицы. Там есть фраза «и ту, которая одна, недолюбил, недолюбил, недолюбил…» Мне показалось, что эту песню можно спеть от лица той самой женщины. И я попробовала это сделать.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: А это ваша идея была?
 
ГУСЕВА: Да. Я просто не знала, как подобраться к ней, и долго очень… В общем, такой ключик нашла к песне, как мне кажется.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: И музыканты блестящие, с ними можно сотрудничать.
 
БАТИНОВА: «Оркестр креольского танго», известные. Спасибо вам большое, Катя. Мы, к сожалению, должны попрощаться с вами. И прощаемся с нашими радиослушателями до завтра.
 
ГУСЕВА: Спасибо. До завтра. Ой, до свидания. Мне понравилось у вас.
 
КОВАЛЕВСКИЙ: Спасибо огромное, Катя.
 
БАТИНОВА: Спасибо вам тоже.

 назад

 
 
© Александра Сухостат, Basil Pro
Последнее обновление 4/7/2020
Хостинг, поддержка и реклама: НЕТФОРТ
Rambler's Top100